March 26th, 2011

main

Ну вот, типо, доброе утро!

А я ещё, пожалуй, немного посплю…

Итак, вчера мы:

- задали вопрос утренней викторины;
- перепостили хороший пост Асоцио «про быдло»;
- обратили внимание на типовой демагогический приём «выбора из якобы двух»;
- напомнили о пендосской программе переделки востока;
- процитировали мнение Коммари об окончательно сдуревшем Шендере;
- рассказали о стоимости поповского освящения ракеты;
- умилились над глубину ануслизинга «Известий»;
- реанимировали посты из старого журнала за март 2005 года – первый, второй, третий, четвёртый и пятый;
- продемонстрировали реакцию Вассермана на совет антисоветчиков;
- поведали об искусствоведческих признаниях лупездня;
- согласились с мнением о нынешней молодёжи;
- заметили, что по БВ начали повякивать и засраильтяне, да и по Джапании – тоже;
- предложили ещё одну формулировку, зачем им нужна десталинизация;
- констатировали очередную раздачу России лупезднем.


Рейтинг блогов

Рейтинг блогов

Рейтинг блогов


Originally published at Дневник плохого человека. You can comment here or there.

promo 999allan999 march 26, 2016 16:10 2
Buy for 3 000 tokens
Планируется по этому поводу большое массовое мероприятие — к сведению выпускников разных лет. Информацию об этом вывесим в сообществе и группах. Пока же — большая просьба к выпускникам: поделиться имеющимися у них фотоматериалами разных лет, связанными со школой. Присылать их (а также…
main

Вот и я…

Сегодня вот выспался малость. А вот завтра у нас час-таки оттяпают, а я и забыл. И почему никто не объяснил этому уроду, что родное время – как раз зимнее, а не летнее? Или бессмысленно? Как об стену горох? Кость-с… Ммм?

В общем – не забудьте…

Час из жизни россиян будет украден в последний раз
26 марта 2011 года 10:21   |   Общество

Москва. 26 марта. INTERFAX.RU – В России в ночь на 27 марта в последний раз будут переведены стрелки часов на «летнее» время, и эта практика уйдет в историю. Начиная с осени текущего года согласно распоряжению президента РФ Дмитрия Медведева практика перехода на «зимнее» и «летнее» время отменяется.


Рейтинг блогов

Рейтинг блогов

Рейтинг блогов


Originally published at Дневник плохого человека. You can comment here or there.

main

И об «искусстве»…

Хороший пост, хоть и большой. «Герою», ессесьно не нравится, – по его возмущённой ссылке и нашёл. А что? Разве здесь что-то сказано неправильно?

griffeth пишет
ИНТЕРНАЦИОНАЛ БЕЗДАРНОСТЕЙ» ПРОТИВ РУССКИХ ХУДОЖНИКОВ</p>

Не могу не пересказать (в немного более литературной форме) неожиданно экспрессивный монолог московского художника в ответ на необязательную реплику - вопрос, заданный, скорее, для поддержания разговора:

 

- Михаил, как тебе ситуация: директор Третьяковки подал в суд на министра культуры Соколова за слово «коррупция»?

 

- Да, я знаю. И слава Богу. Кто-то должен был это сказать, наконец-то. Только это не коррупция, это хуже.

А Родионов, он зря полез эту драку. Или его Швыдкой заставил. Потому что Соколов сказал вообще про ситуацию. Я бы на его месте спросил Родионова в ответ, почему тот вдруг решил, что речь идет лично о нем, по каким признакам.

Хотя и здесь все ясно. Это же Родионов, а не Соколов снимал с выставки работы. Причем они снимали именно соцарт, чтобы протащить это самое актуальное искусство. А теперь испугались, когда было сказано очень точное «коррупция».

Только теперь, когда слово сказано, любые шаги будут против них. Потому что Соколов сказал чистую правду – все сделано, чтобы поднять в цене самые дешевые картинки, которые сами по себе ничего не стоят.

 

Вообще, все эти «кураторы» постоянно и преднамеренно путают понятия. На Западе есть четкое разделение: Есть Modern Art – это современное искусство, то есть искусство ныне живущих художников. И есть Contemporary Art – которое наши жулики пытаются перевести как-то посолиднее – выдают его за «современное» или «актуальное». Но на самом деле самый точный перевод – это «сиюминутное», «преходящее». То есть по определению не имеющее ценности вне определенного контекста. Это как газетная статья или карикатура, которую можно выбросить на следующий день. «Утром в газете, вечером – в куплете». Например, рекламные ролики или политическая реклама – это тоже сиюминутное искусство. Иногда и в этой большой навозной куче встречаются шедевры своего рода, но только как исключение из правил. Например, рекламные плакаты Маяковского.

Вообще говоря, само по себе Contemporary Art – «сиюминутное искусство» не подлежит общей оценке, можно оценивать только сиюминутные цели, не имеющие отношения к искусству. Можно оценить, насколько точно выражены визуальным языком те или иные идеи – рекламные, социальные или политические.

Вот об этом, зачем и кому нужно у нас в России подменять мэйнстримовое понятие современного искусства совершенно другим, маргинальным сиюминутным «искусством» в кавычках – собственно и нужно говорить. И очень хорошо, что наконец-то министр культуры выступил против этой шайки мошенников от искусства. Потому что они – все эти гельманы, свибловы, кулики и примкнувший к ним Швыдкой конкретно, и целенаправленно работают над тем, чтобы разрушить, подменить, вытеснить настоящее современное искусство в России. Представить дело так, что настоящего современного искусства нет и больше не будет, что оно и не нужно, поскольку «настоящим» является вот это самое «сиюминутное искусство».

Собственно, эти вполне политические цели – разрушить, расчистить культурное пространство, подмять художественное сообщество, ликвидировать художественное образование, они в начале 90-х открыто декларировались тем же Куликом, Гельманом. Гельман даже программный манифест опубликовал в 95-м. Потом, правда, прилагал усилия, чтобы этот текст не просочился. Я специально искал в Интернете, только ссылки есть на так называемый «список Гельмана», а самого текста нет. Но есть анализ текста в книжке у Чегодаевой.

 

Так, вот, возвращаясь к тому, кто и почему за это платит. Вот, они пытаются оправдываться, что мол их признают на Западе, конкретно во Франции. Но на самом деле это и есть чистосердечное признание. Потому что нужно знать кое-что о традициях культурной политики на Западе, которые особенно четко проявляются именно в официальной политике французского министерства культуры. Давайте не забывать, что слово «шовинизм» – чисто французского происхождения. В двадцатом веке европейцам и французам удалось отчасти справиться со своими колониальными, шовинистическими комплексами. Удалось канализировать эту негативную энергию в благое дело поддержки национальной культуры, и слава Богу. Произошла сублимация французского шовинизма в агрессивную культурную политику, в центре которой находится идея превосходство уже не нации, а французской культуры. И я в этом смысле очень рад за французов, и нужно нам брать с них пример.

Но что означает такая квазишовинистическая культурная политика на практике. Это означает, что прекрасным, лучшим, современным искусством может быть только французское. Поэтому когда они приглашают русские выставки, то не для того, чтобы показать лучшее, а чтобы создать выгодный фон для своего. В лучшем случае они готовы признать, что в России когда-то было великое искусство, но сейчас его нет и быть не может. Поэтому они и поддерживают за счет своего государства эту подмену русского современного искусства на антирусское сиюминутное. Поэтому гельманы, свибловы, ерофеевы вывозят на Запад выставки, сформированные целенаправленно из гавенных произведений, к которым добавляется немного ретро, картинок ушедших эпох. Только ретро на этих выставках и продается, а все остальное нужно для того, чтобы создать фон, чтобы продавалось русское ретро и европейский модерн.

Собственно, все эти европейские шовинистические комплексы они очень давние. И культурная политика очень давняя. Вспомни, какой первый музей заимствовал Петр после поездки в Европу. Правильно – Кунсткамеру, заспиртованных уродцев. Собственно, все это Contemporary Art, сиюминутное, – это продолжение этой давней традиции, когда по европейским городам с большим успехом ездили выставки с бородатыми женщинами и волосатыми младенцами.

Самый главный принцип такого Contemporary Art – всегда был и остается, чтобы все эти уродцы были чужеземного происхождения, из России, из Индии. А как еще внедрить в средневековые массы антихристианскую идею превосходства европейской расы? Можно подумать, что в Европе никогда не было случаев атавизма? Сколько угодно и самых разных. Но при этом во всех европейских учебниках включены фотографии волосатого ребенка почему-то из Костромской губернии России. То есть налицо преемственность колониальной культурной традиции, шовинистической культурной политики.

У меня есть знакомые русские художники в том же Париже. Есть такой Никола Овчинников, который уехал честно, женившись на француженке, и даже стал известным во времена популярности перестройки. Он собственно внедрил в культурное сознание французов визуальный образ белоберезовой России – делал инсталляции из металлических труб, раскрашенных под березовые стволы. Кстати, именно поэтому для этой парижской выставки так были важны «целующиеся милиционеры» именно на фоне берез, как образ современной России для внутреннего французского употребления.

Так вот, я прямо спрашивал Овчинникова, почему здесь в Париже выставляют какое-то убожество, исключительно вторичные работы, заведомо хуже европейских оригиналов, и не приглашают современных оригинальных русских художников. – А кому вы тут нужны на европейском рынке? За французские деньги – только создавать выгодный фон для собственных художников. А пробиваться на западный рынок – только за свои деньги, или если русское государство начнет брать пример с французов, поддерживать своих, а не чужих художников.

Вообще заметь, что за весь период после Горбачева, когда наше государство перестало поддерживать свою культуру, в Европе раскрутились имена только таких авторов, которые гнали на экспорт вполне определенный, униженный, одичавший образ России и русской культуры – Кабаков, Ерофеев, Сорокин. Плюс все эти выставки, организованные кишиневскими неудавшимися танцорами, которые пытаются выдать разных дубоссарских маляров за настоящих русских художников.

 

Да, кстати, очень понятно в этом контексте, зачем им понадобилось разбавлять выставку «соцарта» этим дерьмом. Потому что «соцарт» – это действительно большое явление в истории русской культуры. Это полностью оригинальный жанр настоящего искусства, в отличие от всех этих абсолютно вторичных «синих носов». То есть им было важно испохабить, заляпать дерьмом и эту страницу нашей истории.

Заметь, между прочим, что основатель «соцарта» Рошаль, царство ему небесное, – он в пресловутые «списки Гельмана» ни хрена не попал. Потому что настоящий художник.

 

Я сейчас объясню про «списки Гельмана». Здесь нужно понять, что европейская культурная политика – не единственный источник для существования гельманов и свибловых. Главным источником вдохновения является Джордж Сорос. В 90-х Фонд Сороса просто выполнял функции идеологического отдела ЦК на постсоветском пространстве, и очень четко формулировал политический заказ на разрушение культурного пространства. Но главное – под эту политику была подведена экономическая, финансовая основа.

Само понятие «куратор», которое появилось у нас в 90-е, было заимствовано с Запада вовсе не из культурной политики, а из финансовой сферы. Куратор – это брокер или консультант, которого нанимает финансист, желающий вложить средства в коллекцию предметов искусства. Сам заказчик не озабочен художественной ценностью, задачей куратора является также не оценка художественной ценности, а оценка стоимости и перспектив его роста. Неважно каким путем, включая спекуляции и манипулирование рынком. Это и есть функция куратора.

Разумеется, есть разные сегменты рынка предметов искусств– антикварное, современное. Здесь спекулятивная составляющая – не главное, важнее система художественной оценки. Но эта система рыночной оценки художественной ценности включает защиту западного рынка от конкурентов. Постоянный вброс на рынок дешевого ширпотреба из России заведомо снижает цену современного русского искусства на мировом рынке.

И при этом есть довольно агрессивный маргинальный сегмент «сиюминутного искусства», который является полностью спекулятивным. Это полный аналог трэшевых ценных бумаг на фондовом рынке. Все уже наслышаны и успели устать от ипотечного кризиса на американском фондовом рынке, где рухнул рынок так называемых субстандартных ипотечных бумаг.

Так вот, российский рынок «сиюминутного искусства», на котором делают свои спекуляции Гельман, Ерофеев, Свиблова и еще пара-тройка подручных Сороса – это и есть ничто иное как «субстандартный рынок», спекуляции продуктом, который на самом деле ничего не стоит ни в художественном, нив экономическом смысле.

На самом деле – это никакая не культура, а большая «прачечная» для отмывания финансовых потоков, ну и еще немного «лохотрон» для богатеньких буратин из наших нуворишей, ищущих очередного «поля чудес», где им закопать свои денежки.

За счет средств этой финансовой «прачечной», собственно, и осуществляется та самая коррупция в государственной культурной политики, которая имеет гораздо большие масштабы, цели и последствия, чем просто повышение спекулятивной цены нескольких дешевых картонок.

«План Гельмана», который он так неосторожно опубликовал в 1995 году, – это на самом деле реальный план Сороса по коррумпированию всей государственной культурной политики в России. Ну кто такой в самом деле Гельман – мелкий спекулянт и брокер, ширма, за которой прячется настоящий кукловод.

В рамках этого плана коррумпированию подверглись все ключевые позиции в культурной политики. Члены очередной «сухаревской конвенции» или как они сами себя называют «кураторы современного искусства» поделили должности в отделах своременного искусства ведущих музеев, должности отделов культуры в ведущих СМИ. Например, в газете «Культура» отделом критики заведует такой «куратор». В результате, даже когда в газету попадает нормальная положительная рецензия на настоящее современное искусство, к хорошей рецензии у присобачивается редакционный комментария типа: «Это полный отстой, прошлый век. Можно эту рецензию даже не читать» То есть наглость и хамство запредельное, как и в случае с куратором Ерофеевым. Собственно по этой агрессивной наглости можно легко отличить «куратора» от искусствоведа.

Впрочем, еще Бродский писал о кураторах актуального «искусств» как «интернационале бездарностей», Причем без круговой поруки и непрерывной информационной агрессии этот «интернационал бездарностей» не может существовать.

 

Да, кстати, в субботу будет юбилейная выставка МОСХа и будет 45 лет знаменитой выставке, где Хрущев громил «пидарасов». Так вот, история повторяется однозначно, в виде фарса. Тогда ведь тоже агрессивная бездарность записалась в «кураторы» и с помощью провокации боролась с настоящими художниками, с цветом русской культуры.

В газете МОСХа, в последнем выпуске Чегодаева очень правильно ставит вопросы. Могли бы эти провокаторы, «сиюминутные художники» вообще попасть в Манеж, и каким образом Хрущев мог вообще оказаться возле этого стенда до посещения основной выставки, если бы не «кураторы» из гэбэшного управления. И какая нам, художникам, разница, под чьим контролем – КГБ или Сороса самозваные «кураторы» и бездарности разрушают русскую культуру, не дают творить и выставляться настоящим художникам.

 

 

Мысли об искусстве:

 

современное искусство у нас есть форма политики и что оно в застое поскольку не развивает никаких стратегий если не считать конечно стимулируемую блядско-символической экономикой вялую инерцию капитализации и медитизации обслуживаемуе трансцедентальным хуеплетством либеральной и примарксованной художественной критики.

Эта ситуация лично мне кажется странной – у нас в стране застой – обычно как раз в такие периоды появляется благодатная почва для развития эстетических теорий и проектов. Но их пока не видно – мы имеем дело лишь с коррупцией художественных стратегий заявленных в начале девяностых.

То что они выдохлись, влились в застойное тело путинской России – не удивительно. Как реакция на веселый и опасный беспредел 90-х, они сознательно или бессознательно несли в себе реакционную традиционную эстетику.

Олег Кулик всегда говорил о том, что он государственный художник готовый миметировать власть, связывать воедино государство современное искусство и традицию. Выставка «Верю» была отличной иллюстрацией, финальным аккордом 90-х. Олег показал, что все визуальные достижения русского концептуального искусства уже не обладают познавательным содержанием, но может быть вполне как жанр утилитарным. Современное искусство таким каким оно было в девяностые годы – кончилось – оно уходит в историю как искусство и может не претендуя на историчность либо служить народу как альтернатива массовым мероприятия (арт-ассамблея в ижевске) или развлекать офисных буржуйских (музей маркина). Московское contemporary art силами Олега стало modern art. Левые ругали выставку «Верю» за это – но как мне кажется зря – отработанные стратегии должны принадлежать истории и перегнивать в низовой культуре.

Спекулянт Гельман говорящий о том что главная функция искусства – реакция на происходящее в социуме, с усилением роли государства и замедлением социально-политических процессов конечно же выродился в пиар-обслугу правящей коррумпированной элиты, согласным поддакивателем несмелых искусствоведческих экспериментов чиновников президентской администрации. Сейчас он пытается сделать выставку-симулякр на тему русской духовности. Надеюсь что никто не воспримет эту херню всерьез. В том что я ругаю проект Гельмана, должен признать, есть толика личной обиды – он неаккуратно зашел на ту территорию по которой сейчас в поисках страннового смысла ездит наша бомбильская шестерка. Пускай он спекулянт – но с другой стороны он из немногих деятелей, который хоть как-то связывает ситуацию, хотя иногда и вредит…

Анатолий Осмоловский, сколько бы не пытался культрейдер Мизиано вписать его в леваков никогда по сути таким не был. Он всегда был за пассионарность а не за революционность. За расширение сферы искусства а не за построение нового утопичного проекта. Внутри тогда еще очень замкнутой сферы искусства он больше говорил о смене иерархии необходимости прямого действия и рекрутировании молодой крови в искусство чем о смене реального содержания современного искусство. Интерес и попытка воспроизводство русских архаических практик что бы там не говорили его противники (в основном из числа бывших сторонников) мне кажется для него вполне органичным. К сожалению, Толе не удалось несмотря на то что он пытался доказать какой он крутой идеолог так и не удалось им стать. Не стал он Дугиным современного искусства а соглашательство и компромиссы не позволит ему стать и Лимоновым…

(продолжение следует)

 

свои и чужие мысли о современном искусстве: гельман, сурков, война, дугин

 

September 15th, 2008

С культурной политикой в области современного искусства (вы уж извините, что я так кручено выражаюсь, но что делать если современое искусство у нас в стране и есть политика с приставкой мета) в России полная засада. С одной стороны проявляются полубессознательные потуги что-то подтолкнуть сверху (я про статьи Суркова). С другой стороны инерционность художественной цены поднакачанной капиталом и отсутствие вписывающейся в содержательные рамки пассионарности. Как будто бы все боятся потерять те жалкие ресурсы которые зачем-то в последнее время к этому убогому искусству приползли. С третьей стороны жирные и ловкие шмели, менеджеры от искусства носящиеся по этому полю и собирающий своими небритыми жалами вылую но сытную пыльцу.
Посмотрев на это нельзя не признать, что ситуация во многом оживляется акционистскими жестами профсоюза уличного искусства. Хоть они и не указывают содержательных путей развития, но хотя бы в теговой бессвязанной форме дают диагноз ситуации. Не поспоришь, что так как мы живем жить нельзя: застой, смрад, скука, коррупционная символическая экономика, перманентная готовность предательства и сытая полупьяная бессознанка интеллектульного снобизма. Только бы не открывать глаза а то совсем от скуки сдохнешь. Так выглядит сегодняшняя ситуация, ситуация 2009 года.
Мне повезло исчезнуть из современного искусства в 1995 году чтобы случайно оказаться там в 2004, чтобы неожиданно убедиться в том, что за эти 11 лет содержательно НИЧЕГО НЕ ПРОИЗОШЛО. 11 лет инерции не застилают глаз. Хотя немного и застилают.
Не забылось, что в начале девяностых в московском контемпорари арт с закрытыми глазами можно было насчитать ряд конкурирующих стратегий: утопические леворадикалы Толи Осмоловского, государственный художник Олег Кулик с галереей послушной его одержимости но строптивой «Риджиной», Марат Гельман со стратегией искусства как аналитического чувствилища социальной политики и прикормленным им анархоиндивидуалистом Бренером ну и наконец несколько живых и не дающих себе заглохнуть объединений художников с неясно выраженной интенцией, но напитавшихся отраженной энергией других практик оказывающихся по теперешним тихим временам вполне пассионарными. В первую очередь речь идет о комунне на Трехпрудном в конце концов оказывшейся отличной школой творчества для ряда замечательных художников, галерее XL в первые годы работы. В 1993 году в Москве казалось что все круто. Локомотивчик искусства начала девяностых казался с избытком наполненым безоглядным топливом либерального пафоса который быстро но недалеко прокатившись встал, подпитавшийся ядом капитала, который неожиданно оказался предельной целесообразностью всего казавшегося таким сложным многообразия..
В общем про капитал в России особый разговор. Не очень то работают все эти постмарксистские теории про общество спектакля и т.п. У нас ведь рынок капитала неотделим от рынка власти и другие у нас спектакли.
Разговор с властью по Ги Дебору не проанализируешь и вообще тут анализа не получается – только деконструировать можно чтобы добраться до скрытых полубессознательных интенций отношения к власти. Ну вот например Марат Гельман который как-то с властью заигрыает – то ему денег дадут то отнимут то ему орт дадут то в галерее побьют. Такой садо-мазо сериал. Новая серия – Сурков начал писать статьи.
На сайте Openspace.com я откопал видюху выглядящего несколько перепуганным перепуганного галериста Марата Гельмана который все же сохраняя видимость барской ленцы давал путевку в жизнь искусствоведу Владиславу Суркову написавшему статью для журнала «Артхроника» о художнике Полисском.
Гельман похвалил Суркова, назвал статью о Полисском хорошей, объяснил что написана она была не иначе как проявление восхищения и искренней любви к художнику, констатировал, что «Слава нашел место где он может высказываться как человек а не как функционер» и в конце успокоил, что Сурков (третий по влиятельности человек в стране) совершенно не собирается «строить искусство вертикали власти»…
Типа разговор такой – ты Сурков если хочешь заниматься культурной политикой – я впишусь. Я тебе темы буду правильно по менеджерски разруливать, ты мне крышей будешь. Без меня ты не обойдешься но и я боюсь по кумполу получить. А чем мы заниматься будем это не важно главное что я как профессионал все тебе хорошо сделаю. Дугина кстати тоже заинтересовали телодвижения Суркова – он их в духе французской философии деконструировал и тоже показал что у власти (кто не знает Сурков третий по значению человек в стране) тоже с осознанием своих интенций тоже серьезная проблема. Также как и Гельман живут в коррупционно-бесознательном тумане. У нас «день сурка», пишет Дугин, в государстве все повторяется, никак не может пойти ни по одному, ни по другому сценарию, все застыло на переправе (только неясно – переправе куда?).
Но даже сквозь муть бюрократическо-коррупционных сериалов невозможно не разглядеть что главная содержательная тема для России сейчас осознание собственной идентичности.
Дугин вполне хорошо описывает профанический сценарий Суркова (в общем-то коллективного «Суркова» российской технократии на которой за бабки служит «Гельман») под который незадумываясь подпишется поднаторевший в менеджменте культурной политики Гельман:
«Сурков рассматривает картины художника Полисского. Там и юмор, и легкое издевательство над Россией, и, одновременно, русская кондовость. Сурков опознает в этой постмодернистской игре собственные интуиции. Россия остается фундаментально идентичной, кондовой, древесной, с расходящимися досками, и, она же, одновременно, облечена в поверхностный мондиалистский шик, выстроенный на продаже сырой нефти и других (весьма «кондовых» на вид) ресурсов. И это не вызывает у Суркова ни осуждения, ни неприязни потому, что такие чувства, как осуждение и приязнь, согласие или непротиворечие, «да» или «нет», чужды его природе».

Описали рядовую мизансцену русского варианта симуляционистского спектакля, важную завязку сцены «бедное русское», движемся дальше.




отпечатано постоксероксомОригинал поста


Рейтинг блогов

Рейтинг блогов

Рейтинг блогов


Originally published at Дневник плохого человека. You can comment here or there.

main

Когда коту делать нехер – он яйца лижет…

На «Час Земли» в Москве обесточат МГУ, мэрию, Киевский вокзал и другие объекты
26 марта 2011 года 03:43   |   Москва

Москва. 26 марта. ИНТЕРФАКС-МОСКВА – В департаменте природопользования и охраны окружающей среды сообщают, что 26 марта в Москве пройдет очередная акция, приуроченная к так называемому Часу Земли.

Как сообщили «Интерфаксу» в пресс-службе департамента, в Москве планируется на короткое время обесточить более 75 объектов.

«Среди них здание МГУ и трамплин на Воробьевых горах, здание мэрии на Новом Арбате, 36, Бородинский и Новоарбатский пешеходные мосты, а также пешеходный мост у Киевского вокзала, сам Киевский вокзал и ансамбль «Европа». Большая и малая спортивные арены и дворец спорта в «Лужниках», президиум РАН, радиобашня на Шаболовке, московские «высотки», ресторан «Пекин» и еще около 10 эстакад и мостов», – сказал собеседник агентства.

В департаменте уточнили, что отключение электричества на указанных объектах произойдет с 20:30 до 21:30.


Рейтинг блогов

Рейтинг блогов

Рейтинг блогов


Originally published at Дневник плохого человека. You can comment here or there.

main

Хех…))) Надо прочитать…

sadalskij пишет
Так интересно читать воспоминания великих – никогда не знаешь, где правда.
 http://www.kino-teatr.ru/acter/album/2128/1607.jpg http://i.usatoday.net/life/gallery/_dayinlife/2008/07/l080724/l080725_maclaine.jpg
Когда Андрон Кончаловский изменил в первый раз Лене Кореневой с Shirley MacLaine ,
в оправдании свое он привел весомый аргумент:

- Простите, Елена Алексеевна, но Ширли так похожа на тебя, и я не смог удержаться.
Вот интересно, кто теперь кому изменяет: Юля ему или наоборот?
В журнале «Искусство кино» Маклейн писала, что Кончаловский ее уверял, что любил ее с тех пор, как впервые увидел в кино, и даже девушку себе подобрал как две капли воды на нее похожую (предъявил фотографию).
Что оставалось делать Ширли – она поверила, тем более, что Кончаловский в свой первый приход к ней захватил с собой зубную щетку и кроссовки, чтобы бегать по утрам, отвертеться от него было трудно…</p>

http://img-fotki.yandex.ru/get/39/nat66956259.5/0_111e5_e4265c7d_XL
Я имел счастье работать с Леночкой, снимался у ее папы…
Теперь Коренева пишет книжки, обожаю ее слог и манеру написания.


Так интересно читать воспоминания великих – никогда не знаешь, где правда, а где вымысел!?

Картинка 9 из 3319Картинка 40 из 1245




отпечатано постоксероксомОригинал поста


Рейтинг блогов

Рейтинг блогов

Рейтинг блогов


Originally published at Дневник плохого человека. You can comment here or there.